Романтика и авантюризм Федора Конюхова

«Через свои путешествия я ищу объяснение смысла жизни.
Мне хочется знать, зачем человек рождается, растет, проходит через множество трудностей, женится, приносит в мир детей, а затем умирает, и то же происходит с его детьми, и так бесконечно».

Капитан-легенда Федор Конюхов родился 12 декабря 1951 года на азовском побережье и с самого детства стремился путешествовать, открывая все многообразие мира. Первую экспедицию юный искатель осуществил в 15 лет – пересек Азовское море на рыбацкой лодке. К 50 годам совершил более 40 уникальных экспедиций и восхождений, отражая свои впечатления в картинах и книгах. Совершил четыре кругосветных плавания, 15 раз пересек Атлантику, один раз на весельной лодке. Он первый в мире путешественник, достигший пяти полюсов планеты: Северный (три раза), Южный, Полюс относительной недоступности в Северном Ледовитом океане, Эверест (полюс высоты), Мыс Горн (полюс яхтсменов).
– Мало кто знает, что чувствует человек, когда он один в океане… Доводилось ли вам переживать ощущения, сходные с описанными в повести Хемингуэя «Старик и море»?.. Пытались ли вы понять, что чувствовал Колумб?
– Когда ты находишься в океане, все, что касается денег, телевидения, политики, воспринимается как мираж. В это почти не веришь… Но когда возвращаешься и начинаешь разрабатывать новую экспедицию, опять приходится всем этим заниматься. Но на первом плане всегда должна быть романтика. Мы все романтики. Нам нужны скорость, океан… Нам нужно управлять большими парусами… Но для того, чтобы организовать удачную экспедицию, одного везения мало. Надо быть и романтиком, и авантюристом одновременно. Ты должен уметь рисковать, уметь просчитывать и уметь брать на себя ответственность. Я считаю, что все в мире движется только за счет романтизма и авантюризма. Без этих качеств ни одного открытия не было сделано. Если посмотреть в словаре Даля, там написано: «авантюра – это смелое предприятие». Уже потом первоначальный смысл этого слова был утрачен. Колумб знал, что приплывет к земле, но до конца уверен в этом не был. Все великие географические открытия, все открытия в науке – все они происходили как авантюры. Амундсен, Кук, Колумб…
– Как вы думаете, Колумба настигали сомнения в дороге?
– Человек живет только за счет любви и сомнения. Если он не будет сомневаться, не будет любить, не будет испытывать страха перед болью, он потеряет самые красивые человеческие качества. Даже такое чувство, как страх, – его тоже надо лелеять. Акула в океане – вот она ничего не чувствует и ничего не боится, у нее нет сомнений. Поэтому сомневающийся человек намного интереснее, чем прямолинейный, который, никого не слушая, гнет свою линию. В этом мире никто к истине не подошел. Иисус Христос – это истина. И то, кто он, какой он, все трактуют по-разному. Истинно только в том, что Творец есть. Он создал Вселенную, разум… А Колумб, разумеется, сомневался, он не знал, откроет ли другую дорогу к Индии…
– Скажите, кто из путешественников вдохновляет вас на новые свершения?
– Кроме таких общепризнанных великих путешественников, как Кук, Амундсен, Седов, назову Наоми Уэмура, который открыл эру путешественников-одиночек. До недавнего времени в мире существовал ряд ограничений на одиночные путешествия – что-то можно было делать, а что-то нельзя. Я хочу нарушить эти ограничения. Не потому, что я нарушитель спокойствия, а потому, что человека ни в чем нельзя ограничивать. Способности человека безграничны – и физические, и духовные…
– Вы брали с собой в Атлантику массу книг, у вас было время их читать?
– Да, хотя бы по две страницы в день. Человек должен расслабляться. Я беру только те книги, которые вдохновляют меня: «Жития святых», «Цитадель» Экзюпери, «Женщина в песках» Кобо Абэ, «Дон Кихот» Сервантеса... Другую литературу там читать не хочется. Философскую литературу читать не хочется… Не хочется слушать никакую музыку, ни классическую, ни духовную. Там тебя окружает такая вселенская музыка, что человеку с его творчеством далеко до этого (не подумайте, я Бетховена люблю!). Там если о чем и скучаешь, то только о человеческом голосе. В океане нет голосов, есть только звуки: киты стонут, дельфины пищат… Проведя 220 дней в океане, тебе хочется увидеть любого человека. Все равно кого, мужчину, старуху, ребенка… все равно, лишь бы увидеть.
– А миражи бывают?
– Бывают. В океане начинаешь бояться большого пространства. Там оно какое-то космическое. Тысячи миль до горизонта, и никого нет. Над тобой бездна, под тобой бездна, и ты теряешься в этом пространстве. Начинаешь разговаривать с Господом Богом, чтобы не потеряться во всем этом. И это первая ступень, а их будет много. В какой-то момент возникает состояние, когда ты теряешься в себе или что-то новое начинаешь в себе открывать. Например, ты стоишь у штурвала и видишь, как Федор Конюхов убирает паруса, Федор Конюхов что-то готовит на кухне. Ты теряешься в этом, теряешь самого себя и не можешь себя понять. Особенно в «ревущих сороковых» (название, данное моряками океаническим пространствам между 40° и 50° широты в Южном полушарии, где дуют сильные и устойчивые западные ветры. – Ред.) – они так называются потому, что там все время шторм, все время ураган, все время свист ветра… И все это ревет постоянно. Можно с ума сойти. Но вдруг этот рев превращается в музыку. И она такая приятная, бесконечная… она звучит постоянно. И в какой-то момент ты думаешь: лучше бы она прекратилась. А она все ревет, потому что яхта идет без остановки, ветер ревет без остановки… И слушая эту музыку, ты начинаешь понимать, что нет на Земле такой музыки… Почему бы не сделать такую творческую экспедицию, чтобы у мыса Горн на палубе стояли композиторы? Стояли бы на палубе среди «ревущих сороковых», слушали бы, а потом писали бы музыку...
– Существует ли такая земля, хотя бы в мечтах, которая покажется вам настолько прекрасной, что вы не захотите оттуда уехать?
– Такая земля уже есть – это бухта Врангеля на Дальнем Востоке. Я там всегда жил и буду жить. Я много путешествовал и вот что могу сказать: в мире не существует ни одной страны, которая была бы абсолютно благополучна политически и экономически. И ни одной страны я не видел, которая была бы некрасива по природе. У нас снег красивый, а где-то пески красивые, у нас степи красивые, а где-то красивые джунгли... И ни одного народа я не видел, который был бы некрасив. Все красивы, если они живут в гармонии с природой. И обычно это то место, где они всегда жили, где они родились… Я хочу жить в России.

ИНТЕРВЬЮ | Инна Мишина
CАЙТ | Федор Конюхов