Они все так светятся

Один из самых одухотворенных Живых Журналов, которые я только читала.

Поразительно, но почему-то все умные люди - красивые. Или хорошие. Они все так светятся.

Весь день дождь. Вишни под дождем. Зеленые яблоки. Ягоды. Все в грязи. А я читаю весь день «Идиота» и занимаюсь какой-то ерундой. Но по большей части все с Ксеней. А перед сном мы с ней выпиваем по стакану молока, потому что у нас есть такой секретик, что если выпьешь молока, то будут сниться сны про принцесс и про волшебные палочки. Правда, Ксеня говорит, что после нашего договора ей приснился сон, что она на планете лент, но это можно опустить. Планета лент куда круче волшебных палочек!

Самое страшное - делать что-то и не ощущать четко: для себя или для общества. Разница внутреннего и внешнего, изнутри проскальзывать и снаружи смотреть.

Стихи должны читаться про себя. Или нет, есть те, что про себя, а есть те, что вслух. И это совершенно разное. А некоторые должны читаться лишь глазами, особым способом прочтения, воспринимая не слова, а строчки, графическое написание.

Мы сидели с Асей на балконе и пили чай, смотрели на огни, и на улицу, и на соседние крыши, и почему-то я вдруг вспомнила про Платона, что-то про мир идей, а потом - про свои идеалы, а потом - какую-то ерунду, но все так гармонично с этой улицей, и оно к лучшему: мы не до конца понимаем друг друга, и все время остается такой еле заметный знак вопроса, какая-то чушь, которую невозможно понять, если не испытаешь сам случайно.
 В школе бесконечно интересно, и я изо всех сил стараюсь все делать, учить и не спать на уроках, история меня вообще вталкивает в состояние эйфории, мне так все нравится, я так хочу учиться, я такая счастливая!
 И в завершении дня, сонная и добрая, делаю алгебру, хоть и неправильно, как мне кажется, но я ведь наверняка все смогу, если захочу. Как же красиво вечером на Таганке и как же тепло в Асиной кофте, и потом идти к метро, разрезая руками воздух и впитывать опять, а ведь эти улицы даже не стихотворны. За последние пару дней внеслось как-то очень много доброго уюта.

На улице очень красиво вечером. А мой любимый дом слишком уж незаметен на фоне всех этих железнодорожных звуков и бледных электрических фонарей. Там лишь шумы поездов, машин, фонарей, деревьев, ветра. Всего, кроме людей. Так спокойно.

Мне кажется, что музыка переиграла себя. И вообще все искусство переиграло себя.
 Если сначала была четкая линия, и она шла снизу вверх, к большему мастерству, то потом она стала идти вверх-вниз, но в основном вглубь, а теперь куда-то по поверхности, растворяясь. Чтобы создать что-то новое, кажется, придется найти четвертое измерение или отчетливо шестое чувство.

Самое лучшее - осознавать, что я безумно люблю всех людей, с которыми связана моя жизнь.

ТЕКСТ, ФОТО | Анна Власова

ЭССЕ | Секрет Своей Москвы, Счастье вечно